Генеральные штаты 1789 г. - Estates General of 1789 - Wikipedia

Гравировка Исидор-Станислав Хельман (1743–1806) по эскизу Шарль Моне (1732–1808). Гравюра, L'Ouverture des États Généraux à Versailles 5 мая 1789 г., «Открытие Генеральных имений в Версале 5 мая 1789 года», была одной из серий Хельмана. Principales Journées de la Révolution.[1]
Открытие сессии Генеральной Ассамблеи, 5 мая 1789 г., к Огюст Кудер (1839) показывает инаугурацию Генеральных штатов в Версале.

В Генеральные штаты 1789 г. была генеральная ассамблея, представляющая французов поместья королевства: духовенство (первое сословие), дворянство (второе сословие) и простолюдины (третье сословие). Это был последний из Генеральные поместья из Королевство Франция. Вызвано Король Людовик XVI Генеральные штаты 1789 года закончились, когда Третье сословие стало национальное собрание и, вопреки желанию короля, пригласил два других сословия присоединиться. Это сигнализировало о вспышке французская революция.

Решение о созыве сословий

Первое собрание знати и крестьян

Предложение вызвать Генеральные штаты поступило от Ассамблея знати установлен королем 22 февраля 1787 года. Это учреждение не называлось с 1614 г.. В 1787 г. Parlement of Paris отказывался ратифицировать Шарль Александр де Калонн Программа финансовой реформы, которая остро необходима в связи с особыми интересами ее благородных членов. Калонн был Генеральным контролером финансов, назначенным королем для решения проблемы государственного дефицита. В качестве последней меры Калонн надеялся обойти их, возродив архаичный институт.[2] Первоначальный список Нотаблей включал 137 дворян, среди которых много будущих революционеров, таких как Граф де Мирабо и Маркиз де Лафайет, известный в то время своей центральной ролью в Американская революция. Калонн получил мало поддержки от собрания, был уволен 8 апреля 1787 года и изгнан вскоре после того, как предложил «Subvention Territoriale», или земельный налог. Он продолжал комментировать французскую политическую сцену из Лондона.[3]

Этьен Шарль де Ломени де Бриенн, Президент Собрания знати, сменил Калонна на посту генерального контролера финансов. Король предложил ему пост премьер-министра, который должен был включать должность контролера. Тем не менее знатные люди оставались непокорными. Они сделали ряд предложений, но не предоставили королю денег. Лафайет предположил, что проблема требует национального собрания. Бриенна спросила его, имеет ли он в виду Генеральные штаты. Получив утвердительный ответ, Бриенна записала его как предложение. Разочарованный неспособностью получить деньги, король устроил однодневную речь, а затем 25 мая распустил Нотаблей. Их предложения вернулись в Парламент.[4]

Восстание парламентов

Обратившись снова к парламентам, король обнаружил, что они склонны продолжить рассмотрение вопросов, поднятых в Собрании знати. Их надлежащая юридическая функция, помимо советов королю, заключалась только в том, чтобы регистрировать или фиксировать его указы в качестве закона - дело простого повиновения, которым предшественники короля могли управлять, иногда суровостью, угрозами и потерями. характер. Без регистрации указы не были законными.

6 июля 1787 года Ломени направил Субвенция Territoriale и еще один налог, Edit du Timbre, или «Закон о гербовом сборе», основанный на американской модели, для регистрации. Парламент отказался зарегистрировать незаконный акт, потребовав бухгалтерские отчеты или «государства» в качестве предварительного условия. Настала очередь короля отказаться. Члены парламента настаивали на том, чтобы они требовали либо бухгалтерских штатов, либо собрания Генеральных штатов. Король не допустил этого пренебрежения к своей власти и приказал парламенту собраться в Версале, где 6 августа он заказал их лично регистрировать налоги. 7 августа, вернувшись в Париж, парламент на этот раз всерьез объявил решение о недействительности, аннулировав все предыдущие регистрации налогов. По их словам, только Генеральные штаты могут регистрировать налоги.[5]

Во второй раз король созвал парламент из Парижа, где толпы людей приветствовали каждый их поступок с улицы, на этот раз для встречи в Труа, Шампань, 15 августа. Он лично не появлялся. Посредством посыльного он и парламент заключили соглашение: король отменил гербовый сбор и изменил земельный налог, чтобы исключить земли людей, имеющих титул, в обмен на гарантированную регистрацию дальнейших займов. Парламенту было разрешено вернуться 20 сентября. Ободренный, Ломени при поддержке короля пошел дальше того, что было согласовано парламентом, - предоставления конкретных займов. Он предлагал Emprunt Successif (последовательный заем) до 1792 года, давая королю пустой чек. Когда парламент задерживался, король прибегал к уловке; он назначил королевскую охоту на 19 ноября. В тот день в 11 часов утра король и его сверстники шумно вошли в заседание парламента в охотничьей одежде. Они сказали, что они будут совещаться друг с другом и немедленно регистрировать решения.[6]

Почти все правительство теперь было лицом к лицу. Они спорили о проблемах и вопросах до сумерек, примерно шесть часов спустя. Парламент считал, что проблема вышла за рамки правительства и требовала решений Генеральных штатов, которые не соответствовали королевской концепции монархии. В конце дня король потребовал регистрации Последовательной ссуды. В Герцог Орлеанский (предыдущий известный, родственник короля и ярый революционер), позже известный как Филипп Эгалите, спросил, было ли это королевской сессией коллег или сессией парламента. Когда ему сказали, что это королевское заседание, он ответил, что указы на королевских заседаниях не регистрируются. Король возразил: Vous êtes bien le maître (делайте, как ВЫ) с некоторым сарказмом, поскольку воля короля требовалась по закону, и сердито зашагал с заседания со свитой. Lettres de Cachet, или же произвольный арест ордера, последовавшие 20-го числа для D'Orleans и двух других. Их взяли под стражу и держали в комфортных условиях вдали от Парижа; Д'Орлеан в своем загородном поместье. Парламент начал дебаты о законности Lettres de Cachet. Задержанные мужчины стали причина célèbre.[7]

Поскольку король и парламент не могли добиться большего вместе, Де Бриенн зимой настаивал на альтернативном плане; возродить еще более архаичные институты. В Гранд Байядж, или более крупные юридические юрисдикции, которые когда-то существовали, возьмут на себя юридические функции парламентов, в то время как Пленарный суд, последний раз Людовик IX, когда он имел право регистрировать указы, брал на себя регистрационные обязанности парламентов, оставляя их без выполнения своих обязанностей. Король планировал внезапное разоблачение и роспуск парламента. Тем не мение, Жан-Жак Дюваль д'Эпремениль услышал, как работает правительственная пресса, и подкупил типографа, чтобы тот предоставил ему доказательства этого указа. Услышав его на следующий день, 3 мая 1788 г., парламент поклялся не распускаться и сформулировал манифест своих прав.

Были выданы ордера на д'Эпремениль и еще один, но они бежали из своих домов через крыши рано утром в поисках убежища в парламенте. Король послал своих стражников арестовать их, и они сдались. Парлемент молча прошел между шеренгой охранников. Командир передал ключ от здания королю.[8]

Якобинцы

Передача власти новому правительству должна была начаться 8 мая 1788 г. с регистрации указов о его создании в региональном парламенте. Последний отказался единогласно после Парижского парламента. Если комиссары Короля вынудили этот вопрос, Парламент покинул место встречи только для того, чтобы вернуться на следующий день, чтобы объявить регистрацию недействительной. Вооруженный протест охватил королевство. Уличные бои вспыхнули в Ренн, Бретань. Посланная оттуда депутация в Париж была заключена в тюрьму. Бастилия. В Бретонцы в Париже основал Бретонский клуб, позже переименованный в Якобинец Общество. Grand Bailliages не мог быть создан, и Пленум суда заседал только один раз.[9]

Созыв Генеральных штатов

Указ от 24 января 1789 г.

Генеральные штаты были созваны королевским указом от 24 января 1789 года. Он состоял из двух частей: Lettre du Roi, и Регулирование.[10]

В Lettre объявляет:

«Нам нужно собрание наших верных подданных, чтобы помочь нам преодолеть все трудности, которые мы находим в связи с состоянием наших финансов ... Эти великие мотивы побудили нас созвать Assemblée des États всех провинций, находящихся под нашей властью .... "

Король обещает ответить на недовольство своего народа. «Наиболее известные лица» каждой общины и судебного округа вызываются «для обсуждения и записи протестов, жалоб и недовольств». Выборы депутатов состоятся. Он говорит, что намерен «реформировать злоупотребления», «установить прочный и прочный порядок» и «всеобщее процветание». В Lettre подписано «Луи».

Lettres de Convocation были отправлены во все провинции с Регулирование прописывая методы избрания. Прошлой осенью Парижский парламент, аристократический консультативный орган при короле, решил, что организация съезда будет такой же, как в 1614 году, когда в последний раз собирались сословия. Поскольку с тех пор прошло 175 лет, становится ясно, что сословия не были функциональным институтом во французском обществе. Возродив их как можно больше, как если бы они были королем, и парламент намеревался контролировать власть народа. Предыдущие сословия голосовали приказом; то есть дворяне и духовенство вместе могли перевесить голоса общин 2: 1.

Если же, с другой стороны, каждый делегат будет иметь один голос, большинство будет преобладать. Осенью 1788 года этот вопрос широко обсуждался в прессе. Люди, тем не менее, соглашались на любое национальное собрание, будучи уверенными, что с ними будет достаточно представителей знати и духовенства, чтобы повлиять на голоса избирателей. Была сформирована Национальная партия. Он утверждал, что у Франции никогда не было конституции, и надлежащая функция конвенции заключалась в ее создании. Однако защитники роялистов приняли абсолютную монархию в качестве конституции. Просто для уверенности пресса стала требовать, чтобы в палату общин было в два раза больше делегатов, чем в каждое из двух других сословий. Пытаясь укрепить свою падающую популярность, король согласился на эту меру «удвоения Третьего». Он был уверен в своем влиянии на дворянство и духовенство.[11]

Выборы ранней весны 1789 г.

Первое сословие представляло 100 000 католических священников; Церковь владела примерно 10 процентами земли и собирала собственные налоги (десятину) с крестьян. Земли контролировались епископами и настоятелями монастырей, но две трети из 303 делегатов от Первого сословия были обычными приходскими священниками; только 51 был епископом.[12] Второе сословие представляло дворянство, около 400 000 мужчин и женщин, владевших примерно 25 процентами земли и собиравших сеньорские сборы и ренту со своих крестьян-арендаторов. Около трети из 282 депутатов, представляющих Второе сословие, были землевладельцами, в основном с мелкими владениями. Представительство третьего сословия увеличилось вдвое и составило 578 мужчин, что составляет 95 процентов населения, составляющего примерно 25 миллионов человек. Половина из них были хорошо образованными юристами или местными чиновниками. Почти треть приходилась на торговлю или промышленность; 51 человек был богатым землевладельцем.[13][требуется издание ][14]

В Регулирование который был разослан по почте в январе, таким образом, было предусмотрено отдельное голосование для делегатов каждого сословия. Каждый налоговый округ (города, районы и приходы) избирал своих собственных делегатов в Третье сословие. В Bailliagesили судебные округа, избирали делегатов в Первую и Вторую Сословия отдельными бюллетенями. Каждое собрание для голосования также собирало Cahierили «Записная книжка» жалоб, подлежащих рассмотрению созывом. Правила выборов несколько различались в зависимости от типа избирательной единицы, будь то город, приход или какой-либо другой. Как правило, делегаты распределялись по населению: в самых густонаселенных местах было наибольшее количество делегатов. Таким образом, город Париж был доминирующим. Электорат состоял из мужчин 25 лет и старше, владельцев собственности и зарегистрированных налогоплательщиков. Это могут быть коренные или натурализованные граждане.[15]

Число избранных делегатов составляло около 1200, половина из которых составляли третье сословие. Первое и второе сословия насчитывали по 300 человек. Но французское общество изменилось с 1614 года, и эти Генеральные штаты не были идентичны таковым в 1614 году. Члены дворянства не были обязаны баллотироваться на выборах во второе сословие, и многие из них были избраны в третье сословие. Общее количество дворян в трех сословиях составляло около 400. Знатные представители третьего сословия были среди самых страстных революционеров. Жан Жозеф Мунье и граф де Мирабо. Несмотря на их статус избранных представителей Третьего сословия, многие из этих дворян были казнены на гильотине во время террора.[16]

Дворяне Второго сословия были самыми богатыми и могущественными в королевстве. Король мог рассчитывать на них, но это было мало для него пользы в дальнейшем ходе истории. Он также ожидал, что в Первом сословии будут преимущественно благородные епископы. Электорат, однако, вернул в основном приходских священников, большинство из которых сочувствовали палате общин. На выборы третьего сословия вернулись в основном магистраты и юристы. Низшие слои общества, безземельные, рабочие, хотя и присутствовали в больших количествах в уличных бандах, полностью отсутствовали в Генеральных штатах, поскольку король призвал «самых известных людей».

Возвращенные жалобы касались в основном налогов, которые люди считали тяжелым бременем.[17] Следовательно, народ и король с самого начала были в полном разладе. Атаке подверглась и аристократическая привилегия. Народ возмущался тем фактом, что дворяне могли освободиться от большей части бремени налогов и обслуживания, которое ложилось на простых людей. Третий тип жаловался, что повсеместные пошлины и пошлины, взимаемые дворянством, препятствуют внутренней торговле.[18]

Открытие съезда

5 мая 1789 г.[19] среди общих праздников Генеральные штаты созвали тщательно продуманный, но временный Île des États установлен в одном из дворов служебного Отель Des Menus Plaisirs в городе Версаль рядом с королевской замок. С этикет 1614 г. строго соблюдались, духовенство и дворянство располагались ярусами в своих полных регалиях, в то время как физическое местонахождение депутатов от третьего сословия находилось в дальнем конце, как это предписывалось протоколом. Когда Людовик XVI и Шарль Луи Франсуа де Поль де Барентен Хранитель печатей Франции обратился к депутатам 6 мая, третье сословие обнаружило, что королевский указ о предоставлении двойного представительства также поддерживает традиционное голосование «по приказу», т.е. что коллективный голос каждого сословия будет взвешиваться одинаково.

Очевидное намерение короля и Барентена состояло в том, чтобы каждый непосредственно занялся вопросом налогов. Более широкое представление Третьего сословия останется просто символом, не давая им дополнительной власти. Генеральный директор по финансам Жак Неккер имел больше симпатий к третьему сословию, но в данном случае он говорил только о финансовой ситуации, предоставив Барентену говорить о том, как должны действовать Генеральные штаты.

Пытаясь избежать проблемы представительства и сосредоточиться исключительно на налогах, король и его министры серьезно неверно оценили ситуацию. Третье сословие хотело, чтобы сословия собирались как единое целое и чтобы каждый делегат имел один голос. Два других сословия, хотя и имели свои собственные претензии к королевскому абсолютизму, считали - правильно, как показала история, - что они потеряют больше власти перед третьим сословием, чем получат от короля. В этом вопросе Неккер симпатизировал Третьему сословию, но проницательному финансисту не хватало проницательности политика. Он решил позволить тупик довести дело до тупика, прежде чем он вступит в бой. В результате к тому времени, когда король уступил требованиям Третьего сословия, это казалось всем уступкой, полученной от монархии, а не великодушным подарком, который убедил бы население в доброй воле короля.[20]

Разбирательство и роспуск

Генеральные штаты зашли в тупик. Второе сословие настаивало на проведении встреч, которые должны были происходить в трех разных местах, как это было традиционно. В Граф де Мирабо, сам дворянин, но избранный представлять Третье сословие, пытался, но не смог, удержать все три ордена в одной комнате для этого обсуждения. Вместо того чтобы обсуждать налоги короля, три сословия начали отдельно обсуждать организацию законодательной власти. Эти усилия продолжались безуспешно до 27 мая, когда дворяне проголосовали за то, чтобы твердо стоять за каждое поместье и проверять его членов отдельно. На следующий день Аббат Сийес (высокопоставленный член духовенства, но, как и Мирабо, избранный представлять третье сословие) предложили, чтобы представители третьего сословия, которые теперь называли себя Коммуны («Commons»), продолжите проверку и пригласите два других поместья принять участие, но не ждать их.

13 июня 1789 г. Третье сословие приняло решение изучить и уладить полномочия трех орденов. Они пригласили духовенство и знать поработать с ними над этим начинанием. 17 июня, когда попытки примирить три сословия оказались безуспешными, Коммуны завершили свой собственный процесс проверки и почти сразу проголосовали за гораздо более радикальную меру: они объявили себя пересмотренными в качестве национальное собрание, собрание не сословий, а народа. Они пригласили другие ордена присоединиться к ним, но ясно дали понять, что намереваются вести дела страны с ними или без них. Поскольку их количество превышало общее количество других сословий, они могли доминировать в любом объединенном собрании, в котором вопросы решались на основе большинства или подавляющего большинства голосов его членов, а не на традиционной схеме, дающей равные полномочия по принятию решений каждому из трех сословий. . Третье сословие возражало против этого традиционного устройства, потому что духовенство и дворянство были более консервативными, чем простолюдины, и могли преобладать над третьим сословием по любому вопросу 2–1. Третье сословие изначально требовало предоставления двойного веса, позволяющего им соответствовать силе Первого и Второго сословий, но эти сословия отказались принять это предложение.

Король пытался сопротивляться этой реорганизации Генеральных штатов. По совету придворных его тайный совет, он решил явиться в Собрание, отменить его указы, отдать приказ о разделении орденов и продиктовать реформы, которые должны быть проведены восстановленными Генеральными Штатами. 20 июня он приказал закрыть зал, где заседало Национальное собрание.[21] Затем Собрание отправилось на поиски достаточно большого здания, чтобы вместить их, перенеся их обсуждения в ближайший теннис суд, где они приступили к присяге 'Клятва на теннисном корте ', согласившись не распускаться, пока они не утвердят конституцию Франции. Двумя днями позже, лишившись возможности пользоваться теннисным кортом, Ассамблея собралась в Церковь Святого Луи, где к ним присоединилось большинство представителей духовенства: попытки восстановить старые порядки послужили лишь ускорению событий.

в séance royale 23 июня король объявил Charte octroyée, конституция, предоставленная королевской милостью, которая подтвердила, с учетом традиционных ограничений, право раздельного обсуждения для трех орденов, которые конституционно образуют три палаты. Этот ход тоже не удался; вскоре по просьбе короля те представители знати, которые еще стояли обособленно, также присоединились к Национальному собранию. Генеральные штаты прекратили свое существование, превратившись в Национальное собрание (после 9 июля 1789 г. Национальное учредительное собрание ).

Рекомендации

  1. ^ Порталис, Роджер; Беральди, Анри (1881). Les Graveurs du Dix-Huitième Siècle (На французском). Том второй. Париж: Дамаскен Морган и Шарль Фату. п. 397.
  2. ^ Карлайл 1902, п. 63
  3. ^ Карлайл 1902, стр. 63–66
  4. ^ Карлайл 1902, стр. 70–73
  5. ^ Карлайл 1902, стр. 75–77
  6. ^ Карлайл 1902, стр. 81–84
  7. ^ Карлайл 1902, п. 85
  8. ^ Карлайл 1902, стр. 86–95
  9. ^ Карлайл 1902, стр. 95–97
  10. ^ Людовик XVI (1789 г.). Lettre du Roi pour la Convocation des États-Généraux a Versailles, le 27 Avril, 1789, et Règlement y Annexé. Париж: L'Imprimerie Royale. п. 3. Nous avons besoin du concours de nos fidèles sujets, pour nous aider à surmonter toutes les трудные où nous nous Trouvons relativement à l'état de nos Finance ... Provinces de notre obéissance ....
  11. ^ Анализ предыдущих двух параграфов - это анализ Нили 2008, стр. 55–58
  12. ^ Уильям Дойл, Оксфордская история Французской революции (1989) стр. 59
  13. ^ Дойл, Уильям (1989). Оксфордская история Французской революции. С. 99–101.
  14. ^ Собул, Альберт (1975). Французская революция 1787–1799: от штурма Бастилии до Наполеона. Случайный дом. С. 127–29. ISBN  0394473922.
  15. ^ Бойер, Джон В .; Киршнер, Юлиус (1986). Бейкер, Кит Майкл (ред.). От реформы к революции. Старый режим и французская революция. Чтения Чикагского университета в западной цивилизации. Чикаго: Издательство Чикагского университета. С. 180–84.
  16. ^ фон Гуттнер, Дариус (2015). Французская революция. Нельсон Сенагаж. п. 225. ISBN  9780170243995.
  17. ^ Schwab, Gail M .; Жанни, Джон Р. (1995). Французская революция 1789 года и ее влияние. Издательская группа «Гринвуд».
  18. ^ Результаты выборов исходят от Нили 2008, п. 61–63
  19. ^ Дайер, Томас Генри; Хассалл, Артур (1901). 1679–1789. Г. Белл и сыновья.
  20. ^ SparkNotes: французская революция (1789–1799): Генеральные штаты: 1789
  21. ^ Палмер, Роберт Р. (2016). Мир Французской революции. Рутледж. ISBN  978-1317189565.
Библиография

внешняя ссылка